Картина Дня

106 подписчиков

Свежие комментарии

  • Александр Фишкин
    Это какое-то издевательство! Могли бы и сами позаботиться об автоматическом внесении результатов на этот сайт "госус...На 15,5 млн рубле...
  • Валентин Щербаков
    Вся перечисленная свора недружественных шавок Шерхана только подтверждает русофобскую сущность больных на головы лице...Вручена нота: Эст...
  • Elena Pavlova
    Зачем бежать впереди паровоза? Опять ума не хватило тявкать согласно ранжира.Вручена нота: Эст...

Армения, Турция и 100 лет Московского договора: кто и зачем его критикует?

Армения, Турция и 100 лет Московского договора: кто и зачем его критикует?

16 марта была отмечена 100-летняя годовщина т. н. Московского договора. Официальное название этого акта «Договор о дружбе и братстве между правительством РСФСР и правительством Великого национального собрания Турции (ВНСТ)». Юбилей Московского договора интересен тем, что получил актуальное политическое оформление.

В связи с годовщиной Московского договора в МИД РФ подтвердили готовность к наращиванию конструктивного взаимодействия с Турцией по всем направлениям. В мидовском заявлении говорилось, что российская дипломатия рассматривает «эту значимую дату вкупе с отмечавшимся в 2020 году вековым юбилеем двусторонних дипломатических связей как историческое свидетельство обоюдного понимания значимости российско-турецкого партнерства».

15 марта в Анкаре в ВНСТ (турецком парламенте) прошла мемориальная конференция на тему «Отношения Турции и России в столетнюю годовщину заключения Московского договора от 16 марта 1921 года». На ней председатель парламента Мустафа Шентоп заявил, что Московский договор не теряет значимости спустя век после подписания.

«Этот документ стал свидетельством признания Россией правительства парламента Турции и определения восточных границ нашей страны».

По его словам, Московский договор во многом предопределил направление турецко-российских отношений в период после Первой мировой войны.

В этой связи от себя заметим, что Шентоп прав. Историческая череда военных конфликтов из 12 русско-турецких войн была прервана в последние 100 лет, т. е. в промежуток времени после Московского договора 1921 года.

На панельных обсуждениях на конференции в Анкаре выступили: ректор Университета Билкент профессор Абдулла Аталар, сопредседатель турецко-российского форума общественности и депутат Партии справедливости и развития Ахмет Беракт Чонкар, чрезвычайный и полномочный посол Российской Федерации в Анкаре Алексей Ерхов. По словам российского посла, Московский договор «определил стратегический путь развития „сердечных отношений и неразрывной дружбы“ между двумя странами». Дальше выступление Ерхова состояло из перечисления конкретных фактов помощи Советской России военно-политическому становлению Турецкой республики.

В Москве Союз армян России и правительство Москвы провели международную конференцию на тему «Геноцид и Первая Мировая война. Международные договоры. Исторические параллели». На ней весьма осторожно были рассмотрены и следующие проблемы:

— большевики и подходы к решению армянского вопроса;

— политико-правовые и исторические основания Московского и Карского договоров;

— политические и морально-психологические последствия Московского договора и т. д.

Между тем, в Армении 100-летний юбилей Московского договора получил особенную политическую актуализацию, подогретую последней Карабахской войной и последовавшим политическим противостоянием на улицах Еревана.

Еще 27 февраля 2021 года в Ереване прошли организованные «проевропейским» движением «Национально-демократический полюс» митинг и демонстрация против «русского сапога и турецкого ятагана», действующих «за счет интересов армянской государственности». Участники митинга потребовали пересмотреть Московский договор 1921 года.

2 марта 2021 года депутат армянского парламента от оппозиционной «Просвещенной Армении» Анна Костанян заявила, что де на днях истекает 100 лет со дня подписания Московского договора. Дальше Костянян стала врать, что в Московском договоре управление Нахичеванской автономией было передано Азербайджану ровно на срок в 100 лет. Следовательно, после 16 марта 2021 года России имеет больше прав на эту территорию, чем Турция.

Спустя неделю, 9 марта, из армянского «Союза нахиджеванцев» подтвердили, что «есть все основания рассмотреть вопрос о денонсации договоров [Московского и Карского] спустя 100 лет».

Но подобного рода надуманные совершенно глупые и ложные инсинуации отреагировал видный депутат Государственной думы Константин Затулин. Но так получилось, что Затулин сам в ответ понес откровенные глупости. В частности, он заявил, что нельзя возлагать ответственность за Московский и Карский договора 1921 года на современную Россию. Претензии к ней весьма странны, поскольку де сегодняшняя Россия «является антибольшевистской (!) по своей сути». Если Россия «антибольшевистская» (ой ли!), то почему бы тогда в пику «проклятым большевикам» не денонсировать Московский договор?

В день годовщины Московского договора, 16 марта, семь политических партий Армении — Объединение «Национальное самоопределение», Европейская партия Армении, партия «Демократическая родина», Конструктивная партия Армении, партия «Родина и честь», партия «Айк», Консервативная партия Армении — призвали объявить незаконными все пункты Московского договора 1921 года — этого «позорного пакта Ленина — Ататюрка», касающиеся Армении и армянского народа. Заметим, что выражение «пакт Ленина — Ататюрка» является очевидной аллюзией на «пакт Молотов — Риббентроп».

Дальше старейшая политическая транснациональная армянская партия Дашнакцутюн выступила с заявлением:

«Исполняется 100-летие подписания Московского российско-турецкого договора от 16 марта 1921 года, имевшего катастрофическое значение для нашего государства и народа. В результате этого договора Армения была вынуждена отказаться от значительной части Восточной Армении — Карской области, провинции Сурмалу, Нахичевани и так далее».

Заметим здесь, а разве не дашнакское правительство отдало туркам Сурмалинский уезд с горой Арарат и Карскую область по Алексадропольскому миру декабря 1920 года? Несет ли партия Дашнакцутюн ответственность за эти территориальные потери?

В тот же день, т. е. 16 марта, большая группа армянских национальных и международных организаций подписали обращение к мировым лидерам о политической и правовой оценке «100-летнего пакта Ленина — Ататюрка» и признании его «недействующим на территории России в части государства Армения».

В топтании на Московском договоре 1921 года в эти дни отметились и ангажированные армянские СМИ антироссийской направленности.

Так, например, издание «Аравот» вышло со статьей с характерным названием «Сто лет позора и аморальности». По-видимому, из-за отсутствия практических предложений у «Аравота» позор и аморальность будут продолжены следующие 100 лет.

Другое издание — «Еркрамас» опубликовало статью «Победившие и проигравшие стороны Московского договора». Вот подборка из этой публикации наиболее неадекватных утверждений:

— «Если бы не это обстоятельство [Московский договор], то Армения по площади сегодня входила бы в число 14 крупнейших стран Европы». Здесь заметим: разве Армения размещена не в Азии, а в Европе? И каким образом Московский договор мог помешать Азии стать Европой?

— «Геноцид и Московский договор фактически отняли у армянской нации ее родной дом»;

— «Россия, пойдя на уступки Турции за счет ущемления интересов Армении, нанесла огромный геополитический ущерб интересам будущего Советского Союза»;

— «Главное, чтобы Россия XXI века как правопреемница России и Советского Союза XX века не забывала о своей доли исторической ответственности за то положение, в котором оказалась Армения». А может Армения оказалась в «том положении» из-за развала Российской империи, в котором приняли активное участие тогдашние армянские трансграничные революционеры?

18 марта в Ереване в Национальной Академии наук по теме 100-летия Московского договора начал работу круглый стол, организованный Армянским государственным педагогическим университетом (АГПУ) и Институтом истории НАН РА. В комментарии к этому мероприятию академик-востоковед Рубен Сафрастян заявил, что по Московскому договору «Россия согласилась на аннексию, оккупацию большей части территории Армении». Разумеется, под «большей частью территории Армении» подразумеваются территории Османской империи, никогда не принадлежавшие Республике Армения. Так где тогда «оккупация» и «аннексия»? Такое вот странное в Ереване в тени Московского договора произрастает «востоковедение».

В общем, подытоживая, критика со стороны «европейских» армян Московского договора сводится к следующим положениям:

— большевистский режим в Советской России и кемалистский режим в Анкаре в Турции не были международно признанными. Следовательно, Московский договор неправоспособен с позиции международного права;

— сотрудничество большевистского режима и режима турецких националистов основывалось исключительно на идеологических коммунистических постулатах «мировой революции», не выдержавших испытаний временем. По этой причине Московский договор не отвечал ни национальным интересам Армении, ни национальным интересам России. Московский договор не имел под собой рациональной политики;

— Московский договор 1921 года лишил Армению и армянский народ исторических армянских территорий. Однако при этом абсолютно все армянские критики Московского договора умалчивают очевидный исторический факт: в отношении территорий Московский договор 1921 года лишь подтвердил положения Александропольского мирного договора декабря 1920 года, заключенного между Республикой Армения и правительством ВСНТ. Карс, Ардаган, Сурмалинский уезд с горой Арарат были отданы туркам правительством независимой Армении. В пункте 10 Александропольского договора Эриванское правительство согласилось признать и объявить Севрский договор аннулированным. А это означало отказ от претензий Республики Армения на территорию «Западной Армении» (турецкая «Восточная Анатолия»), входившей в состав Османский империи.

Но главный недостаток современной ангажированной армянской критики Московского договора 1921 года заключается в том, что она не рассматривает возможные альтернативы и не предлагает другие правильные решения. Критики боятся проговорить логически очевидное: в той ситуации в 1921 году Советская Россия должна была воевать с кемалистской Турцией за присоединение «Западной Армении» к советской Армении. Одна Республика Армения эту войну осенью 1920 года не вытянула. Критики московского договора смотрят на Турцию не в логике политики держав, а исходя из чисто моральных императивов, как просто на «плохое» и «очень плохое» — то с чем никогда и не при каких обстоятельствах не следует вести дело.

Другой важный момент. Армянские критики никогда не смотрят на исторический контент и не пытаются понять логику действий правительства Советской России именно в этом контенте в конкретной военно-политической ситуации второй половины 1920 года и начала 1921 года.

А ведь советско-турецкие переговоры в Москве о будущем военно-политическом союзе начались летом 1920 года, когда гражданская война в России продолжалась и, казалось, нет ей окончания. На момент подписания предварительного (прелиминарного) советско-турецкого соглашения в августе 1920 года под Варшавой решалась война с «панской Польшей», а из Крыма вела поначалу успешное наступление белая Русская армия барона Врангеля.

А теперь обратим внимание на исторический фон спустя полгода на момент подписания Московского договора 16 марта 1921 года:

— сохранялось состояние войны Советской России с Польшей. Через день после подписания Московского договора с Турцией, 18 марта 1921 года, в Риге Польская республика с одной стороны, а с другой — РСФСР и Украинская ССР подписали мирный договор, который по аналогии с Московским договором с Турцией определил западную границу будущего Советского Союза. В этом плане Рижский договор, подобно Московскому с Турцией, был компромиссом в отношении спорных территорий в «буфере» между Россией и Польшей;

— 12 февраля 1921 года в Чите открылось Учредительное собрание Дальневосточной Республики (ДВР). В ходе его работы была принята конституцию ДВР, согласно которой республика являлась независимым демократическим государством. В ответ 26 мая 1921 года во Владивостоке при участии и по указанию японцев состоялся белогвардейский переворот, создавший новое государство — Приамурский земский край. Японская интервенция на Дальнем Востоке продолжалась;

— в Москве с 8 по 16 марта 1921 года проходил Х съезд РКП (б), принявший стратегические решение по внутренней политике и восстановлению страны — о переходе к «Новой экономической политике» — НЭПу;

— в Кронштадте с 7 по 17 марта 1921 года проходило восстание моряков Балтийского флота — т. н. «Кронштадтский мятеж» против власти большевиков. Казалось, что в эти дни власть большевиков качалась по всей стране;

— в ноябре 1920 года после падения позиций на Перекопе Русская армия Врангеля была эвакуирована союзниками по Антанте в Турцию — на Галлиполи и на острова — в район Проливов, оккупированных войсками Антанты. Командование Русской армии не считало борьбу с большевиками законченной. К февралю 1921 года переформированная в три корпуса Русская армия восстановила боеспособность, и поскольку флоты держав Антанты контролировали Проливы и Черное море, существовала потенциальная опасность повторного вторжения Русской армии на Юг России. Советское правительство учитывало это обстоятельство.

В Московском договоре 1921 года статья 8-я гласит:

«Обе Договаривающиеся Стороны обязуются не допускать образования или пребывания на своей территории организаций или групп, претендующих на роль Правительства другой стороны или части ее территории, равно как и пребывания групп, имеющих целью борьбу с другими государствами. Россия и Турция принимают на себя такое же обязательство и в отношении советских республик Кавказа, при условии взаимности.
Считается установленным, что под турецкой территорией, упомянутой в настоящей статье, подразумевается территория, находящаяся под непосредственным военным и гражданским управлением Правительства Великого Национального Собрания Турции».

Статья 8-я очевидным образом направлена против присутствия белой Русской армии в Турции. Определение «турецкой территории», как находящейся под контролем ВНСТ, означало, что после того, как его правительство восстановит контроль над зоной Проливов, оккупированных Антантой, его обязательство перед советской стороной в отношении Русской армии будет выполнено.

Текущие военно-политические реалии очевидным образом влияли на советско-турецкие переговоры, которые вели к Московскому договору 1921 года, и были, по определению историков, «трудными».

Во время советско-турецких переговоров в Москве в августе 1920 года глава советской делегации наркоминдел Георгий Чичерин прозондировал у турок вопрос в отношении того, что Турция должна уступить армянам часть областей Вана и Битлиса (т. е. часть территории Османской империи), в дополнение к территориям, которые ранее, на 1914 год, находились в пределах Российской империи за исключением, возможно, Сарыкамыша. Глава турецкой делегации Бекир Сами не смог сразу ответить на этот вопрос Чичерина, не смог и прямо связаться с Анкарой по нему. Поэтому он отправил в Турцию с соответствующим запросом участника турецкой делегации Юсуфа Кемаля-бея. Ответ председателя парламента и главы правительства Великого Национального Собрания Мустафы Кемаля был отрицательным. Турция не уступит ни дюйма своей территории, определенно. Не будет уступок и по отвоеванной от Российской империи и до 1877 года принадлежавшей Османской империи территории Карской области.

С этой инструкцией от Ататюрка 14 декабря 1920 года Юсуф Кемаль в составе турецкой делегации выехал через Баку в Советскую Россию. Эта делегация только 18 февраля 1921 года прибыла в Москву и приступила к переговорам, завершившимся Московским договором. Турки имели указания Кемаля не уступать по территориям русским. Твердость позиции турецкого лидера была понятна. Советская Россия не имела силового потенциала, и советско-польская война с польским «Чудом на Висле» это показала. После провального польского похода Советская Россия занимала оборонительные позиции и была крайне заинтересована в окончании всех военных конфликтов — внутренних и внешних, в которые была втянута. Свой конфликт на Юге с белыми и Антантой она «делегировала» революционной Турции. Та должна была сковать их силы. Поэтому турки получили из Москвы золото и оружие. Кемалистской Турции предстояло стать «ежом в штанах Антанты».

Вернемся опять к 8-й статье Московского договора и обратим внимание на обязательство по «советским республикам Кавказа»:

«Обе Договаривающиеся Стороны обязуются не допускать образования или пребывания на своей территории организаций или групп, претендующих на роль Правительства другой стороны или части ее территории, равно как и пребывания групп, имеющих целью борьбу с другими государствами. Россия и Турция принимают на себя такое же обязательство и в отношении советских республик Кавказа, при условии взаимности».

Турки в этом пункте отказались от своих военно-политических проектов на Северном Кавказе и в Закавказье.

Своего рода «авансом» в этом отношении стало турецкое невмешательство при «советизации» Азербайджана в апреле—мае 1920 года. Турки тогда не поддержали ни в военном плане, ни в политическом мусаватистское правительство Азербайджана во время советского военного вторжения, хотя их очень об этом просили из Баку. Фактически, «революционная» Анкара сдала Азербайджан «революционной» Советской России.

Здесь следует указать на то обстоятельство, что Московский договор в рядах кемалистов вызвал негативную реакцию и протесты среди бывших уроженцев Кавказа — черкесов и прочих. В этой связи современным армянским критикам Московского договора следует указать на возможную альтернативу ему.

Дело в том, что одновременно с переговорами в Москве, которые вели к Московскому договору, революционный режим в Анкаре вел переговоры в Лондоне с 21 февраля по 12 марта 1921 года во время проходившей Лондонской конференции. Турция на этой конференции была представлена обеими враждующими друг с другом правительствами: подчинившимся Антанте султанским в Константинополе, и обосновавшимся в Анкаре «революционным» ВНСТ. Глава миссии последнего Бекир Сами встречался с британским премьером Ллойд Джорджем. Сами предложил англичанам комбинацию: вместо их действий в исполнение Севрского договора по разделу Турции те признают правительство ВНСТ и распространяют его власть на всю территорию, определенную Национальным обетом января 1920 года. За это турки создадут на Кавказе аналогично польскому свой буфер, направленный своим острием против Советской России. Пограничные народы на Южном и Северном Кавказе создадут федерацию под главенством Турции для противостояния «большевистской угрозе» из Москвы. При этом Турция в этой конфигурации получила бы прямую поддержку от Британии.

Ллойд-Джордж не принял этого предложения из-за своей крайне враждебной позиции к туркам и Османской империи. Окажись на месте Ллойд-Джорджа другой деятель с более широким политическим кругозором — тот же Черчилль, например, и кто знает, Московский договор и все связанное с ним могло бы не состояться.

Это и была возможная альтернатива Московскому договору 1921 года — вместо советской власти на Кавказе — турецкая гегемония и турецкий протекторат. И как нравится подобная альтернатива современным армянским критикам Московского договора? Для Армении вместо «советского протектората» — «протекторат» турецкий, и это прямой результат несостоятельности независимой Республики Армения 1918−1920 годов.

Отметим здесь то важное обстоятельство, что Александропольский мирный договор декабря 1921 года и создавал из Армянской республики подобного рода турецкий протекторат, полностью подчиненный Турции. По договору правительство Турции получало право принимать военные меры на территории Республики Армении. Обязательная воинская повинность в Армении отменялась. Вся армянская армия — это отряд в 1500 штыков при 8 горных или полевых орудиях и 20 пулеметах. Армения предоставляла право свободного следования для лиц, т. е турок и азербайджанцев, и обеспечивала беспошлинный транзит грузов между Турцией и Азербайджаном. Турки получали контроль над железными дорогами и прочими путями сообщения Армении и т. д. При внешних атрибутах государственности армянский суверенитет стремился к нулю.

* * *

Итак, можно подвести итог. Бестолковую критику Московского договора 1921 года в современном Ереване отчасти можно объяснить через общий принятый фундаментальный принцип армянского нациостроительства — это заложенная в его основание виктимность. Армяне, чтобы стать нацией, должны были страдать. Московский договор — это еще один акт страдания и жертвы.

Однако и здесь должны быть разумные пределы. Для нас очевидно, что «актуальная» критика 100-летнего договорного акта из политических кругов и общественности Республики Армения является очевидным свидетельством коллективной истерии, в том числе, и по причине фатальной травмы, полученной в результате последней Карабхской войны. Курица бегает с отрубленной головой, а эта голова лежит в грязи и в ужасе кудахчет. В общественное пространство разом и кучей (в том числе, и на потеху Баку) вывалены и сразу бессмысленные национальные мечтания и иррациональные псевдопроекты. Главное странность здесь — предложения отменить Московский договор державе, которая заведомо этого делать не будет и даже читать эти предложения по их глупости и зловредности не будет. Тогда к чему весь этот пустой информационный шум? Только для того, чтобы стать свидетельством общественной и государственной несостоятельности второй Республики Армения? Вот ведь смотрите: Республика Армения — несостоятельное государство. Его общественное мнение безумно и безответственно.

Критики Московского договора умны настолько, что воображают (непонятно, на каком основании?), что объявленная нелигитимной в результате предлагаемой отмены Московского и Карсского договоров армяно-турецкая граница по каким-то невозможным причинам сдвинется с востока на запад в сторону Анкары и Стамбула. А почему не наоборот? Почему не в сторону Еревана?

Ведь это же совсем просто, до элементарности. В системе ОДКБ Российская Федерация гарантирует безопасность Республики Армения. Республика Армения существует в пределах своих государственных границ, т. е. российские гарантии безопасности касаются этих границ и пространства внутри этих границ. Если Республика Армения подвергнется агрессии — вооруженному нападению, угрожающему безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету, то РФ, опять же по просьбе Республики Армении, незамедлительно предоставит ей необходимую помощь, включая военную. Это и есть гарантии безопасности. Конкретно — гарантии безопасности Республике Армения. Они витают не в воздухе, а накладываются на определенное географическое пространство.

Но вот, как предлагают ереванские безумцы, Московский и Карский договора денонсируют, и нынешняя армяно-турецкая граница станет нелегитимной, т. е незаконной. В каких тогда территориальных пределах РФ должна гарантировать безопасность Республики Армении? В воображаемых в Ереване? С Карсом, Ардоганом, горой Арарат, Ваном, Бейлисом, Эрзерумом и Трапезундом? А может еще и с Нахичеванью?

На дело можно посмотреть и с другой стороны турецко-армянской границы. Ведь речь идет о территориальных претензиях к Турецкой республике. Ее границы, безопасность со всей территориальной целостностью Турецкой республики ни много, ни мало, но гарантирует целый военно-политический блок НАТО, а не только вооруженные силы Турции. Не забыли?

Разумеется, государственные границы не являются чем-то вечным и неизменным. Можно себе представить ситуацию, когда Турецкая республика в результате внутренних противоречий развалится на части. Это ей давно предрекают и пророчат. Однако подобная гипотетическая ситуация вряд ли добавит Республике Армении в «Восточной Анатолии» «Западной Армении». Ведь армянам придется здесь столкнуться с курдами, а у курдов есть Пешмерга, в которой даже курдские женщины воюют в пехоте. А еще у курдов есть нефтяные деньги и в большом количестве симпатизанты в Европе — в той же Германии.

А ведь в свое время именно курды больше всего выиграли от истребления христиан, т. н. армянского геноцида в Первую мировую войну, в котором они непосредственно участвовали в «Западной Армении», превратив ее по факту в «Восточную Анатолию», которая дальше в курдском национальном проекте должна стать «Западным Курдистаном».

* * *

Для справки. 16 марта 1921 года в Москве был заключен Договор о дружбе и братстве между двумя революционными режимами — РСФСР и будущей Турецкой республикой. Договор носил отчетливую «антиимпериалистическую» направленность. В соответствии с Договором все ранее заключенные российско-турецкие соглашения объявлялись недействительными. Договор устанавливал северо-восточную границу Турции. К ней отошли территории, ранее с 1878 по 1914 годы входившие в состав Российской империи — Карская область, южная часть Батумской области, Сурмалинский уезд и западная часть Александропольского уезда Эриванской губернии.

Московский договор с турецкой стороны подписали представители ВНСТ: Юсуф Кемаль, Али Фуат, Рыза Нур. С российской — народный комиссар иностранных дел РСФСР Георгий Чичерин и Джелал-эд-Дин Коркмасов.

К 100-летнему юбилею Московского договора турки кинохронику этого события.

В продолжение Московского договора в октябре 1921 года при содействии Советской России между Турцией и закавказскими советскими республиками — Грузией, Азербайджаном и Арменией был подписан Карский договор об установлении границ с Турцией. 23 июля 1923 года были установлены дипломатические отношения между СССР и Турцией.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх